Если в первом акте висит ружье, то во втором, согласно формуле великого русского драматурга, точно будет выстрел.
20 июля Тверской суд столицы вынес приговор Станиславу Зимовцу. 2 года 6 месяцев. Шансов не было. Агент "охранки" Алексей Климов (собственно, единственный видевший бросок кирпича) заявил, что и видел, и даже заснял, как Зимовец бросил в полковника ОМОН Владимира Котенева фрагмент кирпича.
Попал ли — Климов не заснял. Зимовец утверждает, что бросал кирпич в пустое место. Полковник в начале следствия тоже сомневался, что Зимовец в него попал, говорил, что синяк — не то на ягодице, не то на спине — он мог получить и на тренировке.
Да и бронежилет на нем был во время разгона протестующих на Пушкинской площади. Но позднее, конечно, убедился, что Зимовец виноват. Даже сам Зимовец под давлением следователей и адвоката по назначению "убедился", ему сказали, дескать, есть видеозапись, на которой видно, как пострадал сотрудник ОМОНа. Кроме того, следователи, по словам обвиняемого, морили его "холодом и голодом", коверкали в протоколах сказанное им, отказывались предоставить ему возможность обратиться к независимому адвокату. В результате Зимовец согласился на особый порядок и принес свои извинения. После вступления в дело адвоката Светланы Сидоркиной от особого порядка и извинений отказался.
Кирпич, синяки на ягодице — это все лирика. Кирпич — орудие пролетариата, прошлый век. Судя по частоте упоминания, основной претензией к Зимовцу было не то, что он кирпич кинул, и даже не то, что попал, а то, что имел при себе нож и травматический пистолет.
Нож, правда, небольшой, общая длина его вместе с лезвием — 10-15 см. Климов в своих показаниях говорит, что после злополучного броска начал следить за Зимовцом, а когда увидел кобуру у него на поясе — понял, что надо брать его как можно быстрее. Место людное, нельзя допустить, чтоб в таком месте ходили митингующие с оружием. Зимовец, правда, утверждал, что не собирался никому причинять вреда, хотел только защитить детей от сотрудников полиции. Говорит, сам раньше носил погоны, награжден медалью за разминирование Цементного завода в Чечне. В содеянном не раскаивается. "Раскаиваться, что я пытался остановить избиение детей, что ли? Если бы доказали (ущерб), то я бы раскаялся. Мне кажется, мою вину пытаются притянуть за уши. А быть в стороне я не могу", — заявил Зимовец на одном из заседаний. Детьми подсудимый называет студентов. Ему самому 32 года, но, видимо, жизненный опыт (за плечами две командировки в Чечню) позволяет ему считать себя значительно старше.
Понятно, что насилие, применяемое повсеместно сотрудниками полиции к участникам антикоррупционной акции, — это в принципе и нормально, и не является общественно опасным деянием.
Но уж если кто вышел с оружием защищать избиваемых, то это может дезорганизовать работу государственных органов, как считает обвинение, и вообще страшно очень.
Тут уж не в счет, что за то же правонарушение Зимовец уже был привлечен к административной ответственности, а закон отрицает возможность двойного наказания за один и тот же проступок; не в счет, что в Волгоградской области, откуда осужденный приехал на заработки в Подольск, у него осталась мать-пенсионер. Не в счет, что ситуация в области "под управлением путинских губернаторов" напоминает "разгром после войны", а мать подсудимого страдает различными заболеваниями, связанными с работой на вредном производстве. И медаль в общий зачет тоже не особо идет.
Итак, первый акт закончился предсказуемо, драматургия та же, что и в Болотном деле: 2 года и 6 месяцев Зимовцу. Интересно будет посмотреть, что будет во втором.
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
